РАССКАЗЫ

Прародительница
(из берестяных летописей деревни Большие Шпангоуты)

Деревня наша издавна мореходная.

А началось с того, что тетка Дарья стала прародительницей парусного флота в наших краях. Пошла она однажды на реку белье полоскать, да удумала дура-баба развесить на мостках простыни на просушку. А тут ветер. Нагнал волну, задул в простыни, сдернул мостки вместе с Дарьей. Вынесло ее на средину реки. Народ по берегу бежит кто с багром, кто с причитанием. Мужик ее Епифан орет, голосит: "На кого ты меня покидаешь!?" А что орать, все знают, на кого - на Евлампию, развеселую вдову. Уж не раз к ней захаживал.

К слову сказать, и Дарья не пропала. Говорят, отнесло ее в море да прибило к шведам. Там она и заночевала. Была русской, стала шведкой. За эту подлость прозвали ее в Шпангоутах диссиденткой первой волны.

Опосля того исторического факта мужики призадумались - от чего обнаковенная простыня такой ход дает? И давай на манер Дарьи простыню на лодки ладить. Как на рыбалку - глядишь, с дому простыню волокут. На худой конец - наволочку.

В ту пору вернулся домой наш мужик деревенский Митяй. Ездил в Голландию за подержанными телегами, пригнал своим ходом. Митяй и растолковал, какие корабли там ходят под простынями. Простыней этих ("паруса" называются) на одном корабле - на пять приданых хватит!

Мужики загорелись, решили свой парусный флот строить. Долго судили, рядили - какого типа строить флагман - фрегат, шхуну или бриг.. Построили для почина трактир "Парус". В трактире стало способнее обсуждать мореходные дела. Планировали плавать аж до Голландии. У них там всего навалом - и маргарин и сыр свой, голландский.

Слово за слово, решили построить заодно и кабак. Назвали обратно, в честь Дарьи, "Парус". Работа тут закипела не на шутку и вскоре спустили мы на воду плавучий ресторан на сваях. Вестимо, тоже "Парус". Бывало пройдешь на всех "Парусах" - такая качка и болтанка начинается - еле к дому причалишь. Одна беда - все простыни, да и скатерти тож, снесли в кабак и пропили.

Зато кто из наших на зарубежный круиз попадал - держался молодцом. Пассажиров морская болезнь одолевает, от казенных харчей отказываются, а наш, шпангоутский, навернет за себя и за соседей по столу четыре бифштекса и сидит довольнехонький. За это прозвали нас - морские волки.

А уже позже перестройка началась. Царем поставили Романова Петра. Он росту два метра, ходил шибко быстро. И нас заставил. Тут-то мы флот и построили.

Но помним - прародительницей была тетка Дарья.